По благословению Епископа Покровского и Николаевского Пахомия

Православное заволжье

Официальный сайт Покровской епархии

Русская Православная Церковь Московского Патриархата

Ко Христу с открытыми глазами

Знаете ли вы, как происходило крещение в христианской Церкви первых веков, как входили в общину новые ее члены? Усилиями правящих архиереев и клира Саратовской митрополии эта древняя практика возрождается.

Креститься на всякий случай?

В эпоху оттаивания от великого оледенения – в конце 1980-х и в 1990-х – крещение происходило… по-разному, конечно: всегда ведь есть разные священники, да и крещаемые тоже разные бывают. Но сплошь и рядом Таинство над взрослым человеком или подростком совершалось чрезвычайно просто и быстро, без единого заданного вопроса, вообще без лишних разговоров, поздравлений и прочего. «Креститься? Да, завтра после службы, триста рублей. И полотенце не забудьте», – говорила свечница, не поднимая головы от своих свечек, и на этом диалог Церкви с неофитом заканчивался.

Удивительно ли, что многие из крестившихся (сужу по своим друзьям, знакомым, коллегам…) вообще не имели понятия о том, что крещение – только первый шаг христианского пути? Им никто это не объяснял, а книг было мало, да и не все считали необходимым их читать. Поэтому крестившийся человек (новоначальным его не назовешь, поскольку он ничего не начинал) сразу после Таинства покидал православный храм навсегда или, в лучшем случае, надолго.

Помню реплику одной моей знакомой: «Нет, ну, я крестилась, конечно, и ребенка крестила, но из этого же не следует, что я должна там все эти службы выстаивать и посты соблюдать. Это, уж извините, мое личное дело!» У этой женщины не было христианского, церковного сознания, но было бессознательно унаследованное от предков понятие о некоем обряде, через который любому человеку на всякий случай неплохо бы пройти. И она не была оригинальна. Многие в те годы крестились случайно, за компанию с подругой, из любопытства, ради «прикола», по совету Марьиванны – «чтобы не болеть»; в лучшем случае – по большой просьбе бабушки, из уважения к ней.

Самый замечательный случай произошел с моей коллегой-журналисткой: она решила креститься ради газетного репортажа под рубрику «Испытано на себе». Репортаж она написала – вполне милый, добрый. Но потом до нее дошло, что она натворила… Сейчас эта женщина – глубоко верующий, воцерковленный человек.

В начале 2000-х стало ясно: нужно что-то делать. Необходимо кардинально менять отношение людей к Таинству Крещения, потому что оно – вот именно, первый шаг. И если этот шаг сделан вслепую, криво, неразумно, то так же неразумно и криво ляжет и вся дорога.

Возрождение древней традиции

В Великую субботу 2010 года в Саратове в старом Троицком соборе епископом (теперь – митрополитом) Лонгином было впервые совершено крещение группы взрослых (десяти мужчин и семи женщин) во время Крещальной Литургии. Это были настоящие оглашенные – они загодя изъявили желание креститься и проходили подготовку (пять огласительных бесед) в течение Великого поста, как это практиковалось в Древней Церкви. Следующая группа крестилась на Богоявление. Ектения об оглашенных – «Вернии, об оглашенних помолимся…», – почти утратившая смысл в дореволюционной Церкви, а в советские и постсоветские годы означавшая лишь своего рода порог: вот сейчас все некрещеные должны из церкви выйти, – вновь обретала живой смысл.

С той поры крещение оглашенных в нашей епархии совершается регулярно, и в большинстве случаев – именно правящим архиереем владыкой Лонгином. Ведь, как сказал он в своем интервью, крещение издревле – дело епископа Церкви. И это должно всем нам напомнить, кстати, что правящий архиерей – не просто администратор, но именно носитель власти апостольской; что иерей совершает Таинство лишь постольку, поскольку власть его совершить ему делегирует епископ.

За минувшие восемь лет Крещение за Крещальной Литургией в Саратове приняли около 2000 человек. Что интересно, больше сотни из них – люди традиционно неправославных национальностей: татары, казахи, кавказцы, калмыки…

Как же проходит это главное в жизни человека торжество? Само Таинство совершается в отдельном помещении – баптистерии, во время чтения часов перед Литургией, затем – пения антифонов, до Малого входа. После Малого входа собравшаяся на молитву община встречает новых братьев и сестер. Процессия людей в длинных белых рубахах с горящими свечами и мокрыми волосами, предводительствуемая архиереем и встречаемая радостной песнью «Елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся…», всегда производит сильное впечатление на всех собравшихся. Увидев это впервые, я не смогла сдержать слез, а одна прихожанка, помнится, сказала: «Мне кажется, что я в Риме в эпоху катакомб…»

Далее совершается Божественная Литургия по обычному чину, только к рядовым чтениям добавляется чтение крещальных Апостола и Евангелия. Новокрещенные поминаются поименно на сугубой ектенье и на Великом входе, а в завершение Литургии причащаются Святых Христовых Таин.

Первый шаг

Не надо, однако, думать, что Крещальная Литургия – это решение всех проблем нашей церковной жизни. Клирик саратовского Свято-Троицкого собора иерей Александр Степовик рассказал нам о подготовке к Таинству Крещения – об оглашении, о трудностях, возникающих при общении с оглашенными, то есть с желающими креститься, о том, что его радует и что огорчает.

– С одной стороны, конечно, эта практика приносит свои плоды. Все люди, приходившие к нам на огласительные беседы, приняли сознательное решение креститься и не отказались от своего намерения на полдороге, то есть дошли до купели. На беседах люди о многом задумываются, задают нам вопросы, бывает, что и непростые, и неудобные. В большинстве своем наши оглашенные понимают, что и зачем они делают, могут ответить на вопросы о смысле Таинства – наблюдается рост если не сознательности, то по крайней мере информированности.

С другой стороны, не каждый желающий креститься готов изменить всю свою жизнь – войти в совершенно новый для него мир Церкви, участвовать в богослужении, исповедоваться, причащаться, нести тот крест, который христианину приходится нести в этом мире. Часто бывает так, что первоначальный энтузиазм у человека быстро угасает, он остывает ко всему церковному, перестает ходить в храм. И все же мы верим, что семена, которые в него брошены, прорастут, что человек этот все равно придет потом к Господу Богу. 

– Каково содержание огласительных бесед?

– Как правило, это четыре беседы: основы православного вероучения, христианская нравственность, значение поста и молитвы и смысл Таинств Церкви. И, конечно, оглашаемый должен прочитать Евангелие. Пусть не все четыре, для начала хотя бы одно.

(Я вообще-то полагала, что такое решение – креститься, посвятить себя Христу – человек может принять, лишь прочитав уже хотя бы одно Евангелие. Но в жизни, оказывается, и иначе бывает. – М.Б.)

– В повседневном общении мы нередко сталкиваемся с крайне поверхностными или превратными представлениями людей о вере и Церкви. А в каком ментальном состоянии приходит обычно человек на первую огласительную беседу?

– Главных заноз две. Первая – экуменизм: «Все религии говорят об одном, только по-разному. Все это разные тропинки к одной вершине». Приходится объяснять, что далеко не всякая тропинка к вершине ведет, что Крещение – это выбор не одного из многих возможных, а единственного истинного пути. Вторая заноза – пресловутый «бог в душе», при наличии которого Церковь якобы не так уж и важна, хотя креститься все равно нужно. Надеюсь, нам удается показать, что жизнь со Христом – это жизнь в Его Церкви. Когда я вижу потом спорившего со мной человека в храме, я знаю: что-то до него донести удалось.

«Я осознал ответственность за свою жизнь»

Кроме Крещения в баптистерии храма у нас ежегодно, а именно в день памяти святого князя Владимира (День Крещения Руси), происходит еще одно совсем уж неординарное событие – массовое крещение оглашенных в Волге; минувшим летом крестилось 39 человек. Поговорим с одним из них, студентом философского факультета Эдуардом Манукяном. Начинает 20-летний Эдуард с того, что путь его к вере был –

– …долгим, но осознанным. В какой-то момент я почувствовал, что мне необходимо разобраться в том, что происходит в мире и со мной. И я стал заниматься этим – в том числе и как научной работой в университете; стал общаться с верующими людьми, с духовенством епархии. Прочитал Евангелие, стал ходить в храмы. Однажды мне предложили помочь в организации архиерейской службы на Прощеное воскресенье – такие богослужения всегда собирают много народу, необходим кто-то, кто поддерживал бы порядок. Всё это вместе дало результат. Я пришел к решению креститься, войти в Православную Церковь.

– Но почему именно Православие?.. Почему не Армянская апостольская церковь с ее древнейшими святынями; почему не католичество, в котором столько интересного, заманчивого; почему не протестантизм, в котором все проще?

– Я, конечно, еще не ученый, я только студент, но я, насколько мог, познакомился с историей Церкви и пришел к выводу, что Православие – это то, что было изначально. Все остальное – результат тех или иных отклонений или реформ. Я был на своей исторической родине, проехал все древние армянские храмы, для меня это – великая древняя культура, но не более того.

– Чем для вас стало Крещение? Если порогом иной жизни, то какой?

– Крещение для меня – это момент осознания и смиренного принятия того, что на мне теперь лежит особая ответственность. Почему в Евангелии Христос говорит, что следовать за Ним можно, только взяв крест? Когда ты крестишься, ты надеваешь крест и говоришь: да, я буду отвечать за свои поступки. Я это осознал, и я это смиренно принял. Вот это, наверное, и есть тот главный момент. Причем до конца я это осознал уже на вечерней службе в день моего крещения. Само Крещение – это… самое прекрасное впечатление, которое только может быть, сказочное что-то. Я вернулся домой и потом пошел еще на вечернюю службу. О многом ведь думаешь, пока стоишь…

– Для многих неофитов, особенно молодых, самой большой трудностью становится именно православное богослужение: оно кажется слишком долгим, утомительным, малопонятным, оно не отвечает нашим эмоциям… Как у вас складывались отношения с богослужением?

– У меня такой проблемы пока не возникло. Богослужение помогает мне выйти из суеты, из хаоса мыслей и чувств, выровнять, выстроить себя – и осознать те вещи, которых в житейской спешке я бы не осознал.

«Теперь я чувствую присутствие Божие»

С недавних пор крещальные Литургии совершаются и в другой епархии нашей митрополии – Покровской и Николаевской. 15 декабря крещение в кафедральном соборе приняли восемь человек.

– Для нас очень важно не охладевать в вере, – сказал, обрашаясь к новоначальным христианам епископ Покровский и Николаевский Пахомий. – Если мы хотим показать добрый пример, значит, мы должны быть уверены в собственной правоте; а для этого нужно каждый день возрастать в духовной жизни, учиться молитве, приносить Господу покаяние в грехах. Только в этом случае мы сможем помочь людям. Невозможно достучаться до сердца человека, если твои слова расходятся с делами. Старайтесь быть христианами не раз в неделю и не раз в год, а каждый день своей жизни.

А теперь побеседуем с человеком, к которому были обращены слова владыки Пахомия. Серк Байдусов, в крещении Сергий, тоже принадлежит к традиционно неправославному народу – он казах; но судьба его совсем не похожа на судьбу Эдуарда.

– Бога я по-своему искал всегда, но особенно – после армии, после Первой чеченской войны. Я никого на ней не убил, слава Богу, но мне все равно было очень тяжело после войны, давил какой-то груз… Я верил в какого-то своего Бога, где-то внутри Он у меня был. Тогда я познакомился с парнем-пятидесятником, он мне дал почитать Евангелие, а потом я всю Библию прочел. И вот с этого момента я, можно сказать, поверил во Христа. Но потом отошел от этой своей веры, стал пить и… совсем неправедную жизнь вел. И в итоге сел в тюрьму. На зоне начал рисовать и полностью расписал храм в честь иконы Божией Матери «Знамение», который есть там, в колонии, в поселке Каменский.

Но хоть я храм и расписал, отношение к Православию у меня оставалось – может быть, из-за влияния пятидесятников – недоверчивым, настороженным. К тому же я часто видел людей, которые носили на шеях крестики, но их жизнь совсем не похожа была на христианскую. И я делал вывод: все это несерьезно на самом деле – иконки, крестики…

Потом освободился и твердо решил взяться за ум – чтобы больше в те места не попадать. Женился – жена русская, крещеная, верой всегда интересовалась, мы иногда с нею об этом говорили, поскольку я все-таки Священное Писание знал. И вот случилось горе: умерла мама моей жены. И жена пригласила отца Виктора Лузгана, чтобы он ее маму отпел. Воцерковленных, по-настоящему православных людей среди нас, собравшихся на похороны, не было, зато нетрезвые были: но отец Виктор после отпевания сказал такую проповедь, что она мне запомнилась, запала в сердце. И я стал понемногу понимать, что Православие – это не просто «русские обычаи». Жена, потерявшая маму, стала ходить в храм, исповедоваться, причащаться, звала с собой и меня. Глядя, как моя супруга причащается, я чувствовал себя обделенным, понимал: что-то очень важное проходит мимо меня. Мы вместе с женой стали ходить к отцу Виктору в воскресную школу для взрослых, общаться с прихожанами. Понемногу мне открывалась глубина Православия, я видел, насколько мелко по сравнению с ним пятидесятничество. И решился креститься – по-настоящему войти в Церковь. Крещение – это было что-то невероятное. Так красиво, так торжественно… 

– А что для вас изменилось после Крещения?

– Все изменилось. Я совсем по-другому вхожу теперь в храм. Чувствую в нем присутствие Божие.

«Наконец настал этот день!..»

Простым и легким путь к крещенской купели у взрослого человека, наверное, не бывает. Для 38-летнего Дмитрия Вихрова первым толчком стала смерть отца: они были в конфликте, и сын не успел попросить у отца прощения. Отец часто снился, а в жизни меж тем всё шло не так, и проблема алкоголя присутствовала тоже. И тогда Дмитрий пошел в церковь в честь Казанской иконы Божией Матери, что в Саратове на Чернышевской. И, не будучи еще крещеным, начал церковную жизнь, что совершенно нормально – в древности ведь все так и делали.

– Поговорил там с батюшкой, начал молитвы читать – утром и вечером, бросил пить – совсем бросил; в паломничество ездил – к преподобному Сергию, к Матронушке… Очень хотел поскорее креститься, переживал, что мне всё никак не звонят (понятно, что Крещение групп оглашенных совершается не каждую неделю. – М.Б.), звонил сам. И вот наконец настал этот день…

***

Екатерина Александровна, учительница географии, ныне пенсионерка и бабушка – переполнена счастьем и никак не поймет, за какие заслуги оно ей даровано.

Жизнь Екатерины Александровны легкой не назовешь: несчастливый брак, смерть младшей дочери, неизлечимая болезнь и смерть брата… Однажды, находясь в нелегком душевном состоянии, она зашла в церковь во время богослужения – просто так, из любопытства, – и у нее совершенно неожиданно и необъяснимо хлынули слезы.

– Ну, думаю, грехов, наверное, много. И отстояла всю службу до конца. Стеснялась людей, старалась не плакать, но слезы сами лились. Смотрю на икону, и мне кажется, что Христос смотрит прямо в мое сердце. Вышла из церкви – и вдруг поняла, что мне хорошо, легко. Впервые за очень долгое время…

Позже бабушка – мама Екатерины Александровны – настояла на крещении своей старшей внучки.

– И мы пришли с дочерью в церковь и попали как раз на Троицу – какая же это была красота!..

– Вы уже тогда чувствовали, сознавали себя верующей?

– Нет. Сознательной веры у меня не было. Но было какое-то неосознанное «надо». Внук родился, я сразу сказала дочке: надо обязательно его крестить. Но дочь была против: «Зачем сейчас? Вырастет и сам определится». О том, чтобы креститься самой, я тогда еще не думала. У меня накопилось много вопросов – особенно после разрушения семьи, я искала на них ответы, искала для себя какого-то утешения. В интернете меня интересовала в основном музыка, хорошие старые песни. Включу, подпою – как-то легче становится. Но однажды я вот так случайно включила беседы старца Паисия Святогорца. И вот там, у него стала находить ответы. У меня стал меняться взгляд на мою жизнь: теперь я винила во всех наших несчастьях и конфликтах себя, а не близких, а за близких молилась. И тут как раз позвонила дочь, сказала, что внук крещен, я была очень рада. Я пыталась даже причаститься как-то раз, но мне объяснили, что для этого креститься сначала нужно. Я читала все больше православной литературы, читала Евангелие, конечно, и видела в нем такие законы человеческого общежития, которые, если исполнять, то не нужны будут никакие гражданские и уголовные кодексы. И вот в какой-то момент сказала себе: стоп. Если все это правда – а я уже верила, что это правда, – если жизнь наша здесь, на земле, не кончается, то что же – я умру и приду туда некрещеной?..

Поначалу меня очень пугала исповедь. Ведь, когда увидишь все свои грехи, становится страшно. Некоторых грехов ты вообще не можешь себе объяснить: ты же взрослый человек, как ты могла так поступить? Ты понимаешь, на какой низкой ступеньке стоишь, но тебе очень хочется повыше встать, стать хоть немного лучше. И вот я пришла к Крещению – и теперь жалею только о том, что так поздно это со мною произошло. Если бы я понимала все это раньше, скольких ошибок я могла бы избежать!

«Вхождение в общину новых членов – это общая радость»

Завершим наш рассказ о Крещении оглашенных краткой беседой с владыкой Лонгином, митрополитом Саратовским и Вольским. 

– Владыка, скажите, какие плоды принесло дело, которое вы начали восемь лет назад?

– Мы достигли того, что люди принимают Таинства Крещения и Миропомазания осознанно, то есть знают, чего ждет от них Господь после этих Таинств, – по крайней мере людям об этом сказали. Каждый из наших крещаемых нашел время для подготовки, для огласительных бесед, терпеливо ждал этого дня – значит, его желание креститься проверено, оно не является каким-то мгновенным импульсом или порывом. Беседуя с крещаемыми, я всегда говорю, что Крещение – это не просто некий традиционный обряд, который хорошо бы пройти на всякий случай, нет, это вхождение человека в Церковь и обещание Богу чистой совести. Если в жизни крестившегося человека ничего не изменится, если он не будет прилагать усилия к тому, чтобы привести хотя бы отчасти свою жизнь в соответствие с Евангелием, то он может считать, что потратил здесь время зря. Без желания, без личных усилий человека Бог не может его исправить и спасти. Я предупреждаю об этом и надеюсь, что наши неофиты меня слышат.

Но мы все понимаем, как трудно человеку измениться – даже и крещенному уже давно и живущему церковной жизнью. У нас ведь много добрых намерений… но гораздо меньше добрых дел. Поэтому – не будем так строго судить новоначальных христиан. Да, некоторые из них не сразу после крещения начинают ходить в храм, поначалу заходят в него от случая к случаю, по праздникам, но постепенно, в течение нескольких лет втягиваются в церковную жизнь. А кто-то, действительно, так и не находит времени прийти в храм, начать церковную жизнь…

Мы не обманываем себя, не ждем стопроцентного успеха или массового охвата. Да, в 1990-е годы бывало так, что по сто человек каждое воскресенье крестили, но – как крестили? Было ли это Крещение истинным обращением человека ко Христу? Думаю, не стоит оглядываться и сожалеть о том, что у нас сейчас такого нет. Норма – это не тогда, когда сто человек разом, это тогда, когда мы знаем каждого пришедшего к нам человека, имеем представление о том, зачем и почему он пришел в Церковь.

 Крещение совершается – не «отдельно», а именно за Крещальной Литургией. Почему это важно?

– Потому что Литургия – это общее дело, это дело христианской общины; и вхождение в эту общину новых членов – это общая радость.

 

Марина Бирюкова

Православие.Ru

 

 

Теги: Крещение, Крещальная Литургия, Митрополит Саратовский и Вольский Лонгин, Епископ Покровский и Николаевский Пахомий, церковные таинства.
Оставить комментарий
Поделиться в: