По благословению Епископа Покровского и Николаевского Пахомия

Православное заволжье

Официальный сайт Покровской епархии

Русская Православная Церковь Московского Патриархата

В меню – хлеб духовный

Шум дрели, влажный запах штукатурки, в воздух взвиваются клубы строительной пыли. Из темноты притвора вместе с настоятелем выныриваем в светлую белую комнату. Справа рядом с узенькими окошками стоят жертвенник и престол, слева у стены – иконостас в разобранном виде. Настенные иконы там же. Через два дня – положение антиминса. Все идет по плану. Мы поглядываем на иконостас и обсуждаем, какого он цвета. Это так, правила хорошего тона, попытка поддержать светскую беседу. Но мне-то понятно: единственное, что сейчас волнует батюшку – как бы закончить все приготовления в срок. К приезду Архиерея. К большой и праздничной службе. К рождению храма в честь иконы Божией Матери «Скоропослушница» на станции Анисовка.

Создана, чтобы быть святым местом

«Послушайте, да это же настоящий храм», – нарушил тишину отец Виктор Тихонов. Одного взгляда благочинного было достаточно, чтобы в здании серой обшарпанной столовой, скрывающейся за бурьяном высотой с человеческий рост, угадать дом Божий. Стоявший рядом отец Вадим Мартянов, первый настоятель, молча кивнул.

Он и сам так считал. Неприглядную с виду прямоугольную коробку внутри точно и пропорционально разделяла перегородка с тремя входами. Вот тебе храм, вот тебе алтарь с царскими, северными и южными вратами. Заходи – служи. Тем более что на это есть право – в епархиальном управлении лежит документ, подтверждающий, что с 29 августа 2014 года заброшенная столовая для железнодорожников будет перевоплощаться в храм.

И прихожане тоже есть – местные жительницы. Ради Божественной службы и Причастия они ходили по путям в соседний Зверсовхоз, в храм во имя святителя Тихона, Патриарха Московского, все к тому же отцу Вадиму. «Там мы молились, чтобы у нас наконец-то появилась хоть маленькая молитвенная комнатка. Ведь как так: соседний поселок такой маленький, но с храмом, а у нас при населении в 4000 человек нет места для молитвы!» – говорит Галина Яковлевна. Ее подруги, сестры во Христе Екатерина Яковлевна, Мария Тарасовна и Валентина Иосифовна, одобрительно кивают. Они хорошо помнят те долгие пешие прогулки и молитву о храме у дома. А теперь очень хорошо понимают: молитва оказалась услышана.

Внешность – не главное

Окна разбиты, сажа толстым слоем осела на стенах, остатки едкого дыма тянутся к легким. Иконы не тронуты. Не чудо – обычное мужество и расторопность одного добряка-соседа, что первым узнал о пожаре и бросился спасать святыни. Да и, к счастью, гореть особо было нечему. Отец Алексий Талалаев застал черновой период. С прихожанами он отбивал остатки осыпающейся штукатурки и вывозил бесчисленные груды мусора. Казалось, Промысл Божий и архиерейский указ забросили батюшку в Анисовку для самой трудоемкой работы. Год он исправно служил молебны и акафисты, столько же боролся с бумажной волокитой, попутно наводя порядок на приходе. Но внешне храм преображался медленно. И это пугало. Не сменяющих друг друга настоятелей. Верующих. «Я сначала не поняла, что это за церковь. Точнее, какая она – православная или нет», – объясняет Ольга. Серое здание даже отдаленно не напоминало дом Божий. Ольга спокойно прошла бы мимо, если бы сквозь грязное оконное стекло не увидела светящийся лик Богородицы – храмовую икону. К ней она потом приходила еще и еще – помолиться, стать частью прихода.

Лидию тоже привлекла икона. Большая, над самым входом. «“Что-то не похоже на храм”, – вот как я тогда подумала. Но все-таки решила зайти. Зашла и оторопела – черные, обгоревшие стены, полов нет… Только когда увидела иконы, епархиальную газету, поговорила со свечницей Светланой, выдохнула: “Это наш, православный храм!” – рассказывает о своем знакомстве с приходом чтица. – А как с батюшкой познакомилась, так вообще почувствовала, что в семье оказалась».

«Многих смущает факт, что здесь была столовая, где справляли дни рождения, играли свадьбы, – продолжает алтарник Александр. – Но своим примером мы будем убеждать людей – важно не то, что здесь было, а то, что здесь сейчас».

«А сейчас здесь люди питают душу хлебом небесным», – добавляет еще один прихожанин – Владимир.

А еще сейчас здесь два надглавных креста горят золотым огнем, встречая и провожая солнце. Один из них возвышается на фасаде, другой – на пологом куполе. «Минимализм – отличительная черта византийского стиля. По решению Владыки Пахомия, именно в таком стиле и будет выдержан храм в честь иконы Божией Матери “Скоропослушница”», – говорит благочинный отец Виктор Тихонов. Это серое здание будет похоже на храм. На маленькую базилику – первую и единственную в епархии. Афонской по происхождению иконе Божией Матери подобает греческое «облачение» в камне.

 Время первых

В храме страшно холодно. Окна заиндевели. Горстка прихожан кутается в шубы, пуховики, переминается с ноги на ногу. На возгласах у духовенства изо рта идет пар. Вспоминая первый престол, нынешний настоятель отец Александр Ермошин смеется, простодушно поясняя, что накануне праздничной Литургии сломалась печка. С первым крещением дело обстояло не иначе. Ранним утром батюшка примчался в храм, чтобы к приходу молодой мамы с ребенком залатать проломы и сквозящие щели, огородить пространство, где хоть сколько-нибудь сможет задержаться тепло и свершиться вхождение маленького человека в Церковь. Холодный прием мог бы стать визитной карточкой храма, только это не правда. «Благодать согревает. Да и батюшка своей отзывчивостью, простотой тоже», – считает алтарник Александр. Его первая морозная служба завершилась в храмовой трапезной чашкой горячего чая и по-семейному теплой беседой.

С момента назначения – с 2016 года – отец Александр погружен в дела прихода. Все здесь было в новинку. Люди, службы, обыденные строительные дела. Первый молебен с акафистом, первая Литургия, первое крещение, первое венчание, первая зародившаяся традиция поминальных обедов – все осталось в сердечной памяти. «С венчанием тоже забавно вышло. Пришла пара, которая праздновала свадьбу в этой столовой, а потом, узнав, что на ее месте храм, захотела обвенчаться в нем. Честно, тогда я скептически относился к просьбам покрестить или обвенчать в этом храме. Здесь такое было: кирпичные стены, дощатый потолок, дыры в стенах… Нет привычного благолепия», – говорит настоятель. Зато людям нравится. И не внешность, а содержимое. 

Жизнь внутри

Главное событие в жизни храма происходит субботним утром, пока вся Анисовка спит. Долгожданная архиерейская Литургия с чином положения антиминса, к которой приход подошел на максимуме своих возможностей, пролетает в мгновение ока. Но верующие не спешат расставаться. Очень быстро в просторном притворе они накрывают столы и принимаются за трапезу. Здесь нет гостей – здесь все родные. В шутку отец Александр говорит, что у него на самом деле не три маленьких прихода, а один большой. Чистая правда. Его паства едина – в горе и радости, в устроении церковной жизни. Столько имен, столько лиц. Глядишь на них и знаешь, за каждым – дело, связывающее с храмом. За разными столами делят радость сегодняшнего дня алтарник Александр, свечница Светлана с внучкой, ведут неспешные разговоры Виктор, Александр, Валерий – пожалуй, самые главные и неутомимые помощники батюшки, мастера на все руки. На кухне хлопочет Тамара. Она не удивлена такому количеству людей сегодня. «Молитва все меняет вокруг, – говорит женщина. – Железнодорожники, а их здесь большинство, – народ суровый, но при этом стеснительный и искренний». Узнав о храме, они оттаяли, не остались в стороне – принесли свои труды, любовь и молитвы своей Покровительнице – Скоропослушнице. Той, Которая скоро слышит молитвы и скоро на них отвечает чудесами. Которая способна превратить старую столовую в средоточие Божественной благодати, источник, питающий не тело, но душу.

Дарья Хохлова
Оставить комментарий
Поделиться в: