По благословению Епископа Покровского и Николаевского Пахомия

Православное заволжье

Официальный сайт Покровской епархии

Русская Православная Церковь Московского Патриархата

Путь к Победе

Для его преодоления потребовалось несколько лет и несколько десятков миллионов человеческих жизней. Великая Отечественная война не обошла стороной ни одну семью. Страшно подумать, сколько судеб нам не известно. Еще страшнее – о них не будет известно никогда. Пока рядом с нами ветераны – очевидцы, участники, герои –  есть шанс узнать о событиях и людях войны, бережно сохранить память о ком возможно.

 

Эстафета памяти

В 2014 году под эгидой отдела по делам благотворительности и социального служения в Покровской епархии впервые прошла акция «Эстафета памяти». В преддверии Дня Победы и на протяжении праздничных дней духовенство епархии, прихожане и воспитанники воскресных школ навещают ветеранов. Майская дата заставляет встрепенуться многих, и в это время ветераны особенно окружены вниманием. Но хочется большего. Во-первых, помнить о героях не только накануне торжества. В 2015 году духовенство навестило воинов задолго до общепринятого празднования. Во-вторых, хочется дать возможность ветеранам пообщаться с батюшками, помолиться и поучаствовать в Таинствах, ведь среди них есть верующие. В-третьих, вручить подарки,  сказать добрые слова и проявить настоящую заботу: помочь по дому, прибрать в саду и огороде. И, в-четвертых, укрепить связь поколений, показать, без прошлого нет настоящего. На доброту и благодарность потомков ветераны откликаются рассказами о войне. Ничего удивительного, ведь они стали хранителями воспоминаний, которые далеко не каждому под силу. Их жизненный путь связан с войной, ужасом и смертью. Какие уроки из этого мы должны извлечь, подскажут истории ветеранов, трогательные, леденящие, оставляющие надежду.

Воин и педагог

Николай Иванович Путятин родился в Ивантеевке в 18 ноября 1921 году в большой крестьянской семье. Под одной крышей жили 4 поколения или 22 человека. Спали на печках, на полу, маленькие дети – в люльках. Семья жила натуральным хозяйством: был сад, огород, земельные наделы, скот. Выращивали овощи, через день пекли хлеб по пять больших буханок, варили щи и каши, пекли пироги с тыквой и свеклой, летом делали квас. Ткали из конопли, пряли шерсть, выделывали шкуры. В большой и работящей семье у каждого были обязанности, которые строго соблюдались.

Взрослые и дети – все были неграмотными, но, как и все в то время, верующими. Николай Иванович помнит, как соблюдали Великий пост: среди домашних распределяли, кто в какую неделю ходит в храм, исповедуется и причащается. В 1920 годы было два храма: Свято-Троицкий и храм во имя святого Архангела Михаила. Пасху в семье ждали с нетерпением: каждому старались сшить какую-нибудь обновку. Разговлялись после ночной службы, поднимали даже маленьких детей. Всем давали по яичку и молока. Среди друзей Николая Ивановича был сын священника. Вместе они прислуживали батюшке в алтаре. В 1935 году один из храмов разрушили, но жителям удалось спрятать несколько икон. Среди них есть образ, сохранившийся до сих пор.

В школе Николай учился хорошо, окончил с отличием. В институт поступить не успел. В 1940 году был призван в Красную армию. Год послужил в Карпатах на Западной Украине, где и встретил войну. Ранним утром застава вступила в бой, но это были отвлекающие маневры немецких войск. В горах невозможно применить танки и другую военную технику, поэтому многие пограничные части оказались в тылу врага. До сентября 1941 года отряд не выходил из окружения. Оборону заняли на короткий срок и вновь попали в окружение.

Николай Иванович дважды был ранен, находился на излечении в госпиталях Кисловодска и Сталинграда, послужил под Таганрогом в составе 72 морской стрелковой бригады и побывал в плену… Ветеран трудился на шахте. Его приметил пожилой немец и перевел на более легкую работу, подкармливал. Выяснилось, что случайный благодетель сам находился в плену у русских в период Первой мировой войны. И спасли его русские… женщины. Спустя почти 30 лет, он вернул долг, отплатив добром за добро.

Трудовой лагерь освободили американские войска в апреле 1945 года, через три месяца пленный воин снова принял присягу и отправился в советскую зону в Германии, где служил до июня 1946 года, потом вернулся в родное село. Не вернулись только родной отец и его трое братьев, а жизнь продолжалась. Николай Иванович женился, получил педагогическое образование и больше 40 лет отдал школе. Работал  учителем, завучем, директором, инспектором районо. К медали за оборону Киева добавилось звание «Отличник народного образования».

В войну Николай Иванович не оставлял молитв. Не оставляет и теперь, ходит в храм, исповедуется, причащается, соборуется. Десять лет назад ветеран остался один, сейчас о нем заботится племянница Галина Васильевна Ерохина. Иван Николаевич не унывает, пусть Бог не дал детей, но зато у него сотни учеников, которые не забывают своего педагога до настоящего времени. Всем Иван Николаевич желает быть готовыми к любым ситуациям, вести здоровый образ жизни, беречь честь, помнить корни и историю, защищать Родину, которая у нас, как и мать, одна.

На страже неба

Повестку принесли в 1942 году. Неожиданно. В селе Питерского района, где проживала Надежда Федоровна Котина (17.02.1921), остались одни старики да молодежь. Мужчины давно воевали и погибали на фронтах. Вот и решено было призывать молодых девушек. Надежда работала на комбайне штурвальной, была помощницей по хозяйству. Мать с бабушкой, прочитав повестку, заплакали, начали срочно собирать вещи.

В Новоузенске у военкомата толпился народ, девушек направили в парикмахерскую, там коротко постригли. «Все, мы теперь наполовину военные», – сказала тогда Надежда Федоровна. На станции, до которой шли пешком, призывниц ждали вагоны, долгая и небезопасная дорога. Для Надежды она началась тяжело – девушка заболела брюшным тифом и была отправлена в госпиталь. После длительного лечения и выписки ей и в голову не приходило возвращаться домой. Надежда ехала, как сама всем говорила, на войну.

По пути Надежде посчастливилось увидеть родных и передать им свой паек: сахар, селедку и хлеб. Встреча была не долгой, в Урбахе была сформирована часть, и готов бронепоезд с мелкокалиберной пушкой. Для сопровождения отобрали 30 девчонок. «Нас водили на стрельбище, учили обращаться с оружием, подниматься по тревоге», – говорит ветеран. Но когда бронепоезд выехал за Саратов, все началось по-настоящему. Девушки получили обмундирование: гимнастерки, юбки, беретки и приняли присягу. Текст Надежда Федоровна помнит наизусть.

Бронепоезд сопровождал эшелоны, охранял крупные узловые станции, из пушки солдаты сбивали вражеские самолеты, специальные отряды приводили в порядок взорванные станции. Много видела Надежда раненых и убитых. На её глазах гибли подруги. Сложные бои шли под Орлом. Враг обрушивал огонь с неба, но и наши солдаты отвечали не хуже: сбивали по несколько самолетов. На памяти Надежды Федоровной были и окружение, и переправа по понтонному мосту через Днепр, сопровождавшаяся бомбежкой. Солдатам проскочить удалось, а вагон с оружием и снарядами ушел под воду. Победу Надежда вместе с боевыми товарищами встретила в Польше. Много чего довелось пережить, об этом Надежде Федоровне напоминают медали и ордена. На вопрос, каким уроком стала для неё война, ветеран просто и по-детски отвечает: «Плохим…Тяжело и страшно было воевать. Войны нужно остерегаться и делать все, чтобы её не было».

Вместо детства

Людмилы Владимировны Москвичевой, жительницы Покровска (Энгельса), давно нет с нами, но ее рассказ о детских годах в блокадном Ленинграде, жив до сих пор. Она родилась 26 сентября 1935 года, проживала в двухэтажном доме. Отец Владимир Петрович Ступин работал на заводе токарем высшего разряда, мать Нина Ивановна – мужским парикмахером. В доме жили братья матери Генрих и Борис. Борис ушел на фронт добровольцем.

В семь лет трудно понять, что такое война, голод и смерть. Вот и Люда с сестрой Женей не поняли. О действительности девочкам рассказала мама. Полки магазинов пустели, на рынках исчезали продукты, дома заканчивалось последнее. Из кухонных ящиков собирали рассыпавшуюся крупу, ели до невозможности горькие горчичные лепешки. За 500 грамм хлеба отдали швейную машинку. Потом ловили бродячих животных. Это продолжалось не долго, вскоре и они с улиц исчезли.

Наступила морозная зима. Отопления не было. Мать заворачивала девочек в простыни и одеяла, сажала между подушек. Чтобы согреть помещение жгли мебель, книги и газеты. Спичек не было, использовали камни. Еды тоже не было, а то, что могло за неё сойти, варили в снегу, который заменял еще и питье. «Хоть бы водички хлебнуть», – не раз вспоминала Людмила Владимировна.

Голод уносил людей. Люда с сестрой постоянно сидели или лежали дома, наблюдали жизнь из окна. На большее сил не хватало. Девочки видели, как по улицам шли, шатаясь, и падали люди. Каждый день через стенку слышались крики соседей: «Папа умер», «Бабушка умерла». Голодной смерти не избежал и отец Людмилы. Заводской паек он отдавал семье, сам ничего не ел. Вернувшись со смены, он лег спать и уже не проснулся. Ему было всего 30 лет. А вот сестру Женю удалось спасти. Несколько дней она лежала в углу комнаты, все понимали, что девочка умирает. Соседка, тайно державшая в сарае козу, узнала про горе Ступиных, и принесла молока. Через пару часов Женя открыла глаза.

Эвакуация началась весной 1942 года. В дом пришли солдаты, посадили обессилевших в машины и повезли к Ладожскому озеру, к «дороге жизни». Людмила Владимировна рассказывала, что ехали долго, было темно и тихо, иногда долетали фразы: «Берег скоро!» Потом вокзал, вагоны. На станциях жители приносили блокадникам еду: кашу, хлеб из отрубей и опилок, иногда яйца. Но переедать было нельзя.

Семья Ступиных прибыла в Саратов, где и осталась жить. Людмила Владимировна выросла и выучилась в Поволжье, жизнь окружила её любящим мужем, детьми и внуками. Как-то она призналась, что только с годами осознала пережитое и в качестве пожелания всегда говорила: «Хочу, чтобы у всех все было хорошо!»

 

Дарья Хохлова
Оставить комментарий
Поделиться в: