По благословению Епископа Покровского и Николаевского Пахомия

Православное заволжье

Официальный сайт Покровской епархии

Русская Православная Церковь Московского Патриархата

Вместе с детьми

Мы часто видим детей в храме: их приводят на Причастие, на вечернее богослужение. Но как сделать, чтобы наши дети не уходили из храма в другие дни, чтобы они полюбили богослужение? На эту тему мы рассуждаем вместе с матушкой Мариной Шевченко.


—Многим детям нравится бывать в храме, ведь там все так необычно. Как Вы думаете, насколько дети могут понимать, что там происходит?

— Я думаю, что они душой понимают. Мне кажется, что дети чувствуют Бога, богослужение сердцем. Им и слова-то не нужны. Единственное, родители должны смотреть, чтобы ребенок не очень сильно уставал. Это касается, конечно, совсем маленьких детей. А дальше, чем старше становится ребенок, тем более осознанной, осмысленной должна становиться его вера.

— Вы с отцом Димитрием воспитали троих детей. Как Вам удалось помочь им полюбить богослужение?

— Так получилось, что когда старшему сыну был год и два месяца, мы начали ходить в храм в честь Покрова Божией Матери в Саратове. Позже родились Саша и Лиза, и мы ходили в храм уже все вместе. Когда они были совсем маленькими, то мы приходили на полиелей, к тому моменту, когда батюшки красиво выходят из алтаря. Эта красота захватывала детей. А Литургия им нравилась вся. Дети стояли на службе, могли спокойно ходить по храму, могли сидеть, но им все очень нравилось.

Еще им нравилось участвовать в крестных ходах. Хотя когда они были маленькие, для них это было очень тяжело. Помню, как непросто было идти с детьми от Казанского храма до Свято-Троицкого в Саратове, но мы шли. И нам было радостно от того, что мы проделали этот путь, преодолев себя. Хотелось всех вокруг любить. Ведь благодать в трудностях приобретается.

— А дома Вы разговаривали с детьми о богослужении, пытались что-то объяснять?

— Мы очень много читали, старались прочесть все православные книги, которые тогда выпускали. Дети все время спрашивали: и на богослужении могли задавать вопросы, и дома.

Когда сыновья были еще совсем маленькими, мы повезли их в Почаев, в Свято-Успенскую Лавру, а потом стали ездить туда каждый год. Их полностью захватывала красота богослужения, красота монастыря. Мы их не видели вообще, встречались только у выхода после службы. Несмотря на то что службы там продолжаются по 5–6 часов. Мальчики вставали ближе к амвону и смотрели. И не баловались. Там вообще у детей баловаться не принято, как-то все серьезно. Очень большая любовь к богослужению и у монахов, и у жителей Почаева, и у паломников. А дети видят, как взрослые относятся к святыне, и стараются брать с них пример.

Крестный отец наших детей, протодиакон Александр Пушкарев, сейчас в Почаеве служит. Он для детей всегда был непререкаемым авторитетом и примером для подражания. Крестному они много вопросов задавали, особенно в Лавре. Ведь там богослужение немного отличается от нашего. Там вообще очень красиво. Монахи до сих пор служат в старинных облачениях. Крестные ходы с мощами преподобного Иова Почаевского производят огромное впечатление и на детей, и на взрослых.

Наши дети выросли на этой красоте и, самое главное, радости. Мы ведь не заставляли их на службе стоять, разрешали походить по храму, по Лавре, но только благоговейно. Потом там, к нашей радости, открылись лавочки, где дети могли перекусить между службами. А сейчас в Лавре настолько удобно, там такая замечательная трапезная, гостиница, продумано буквально все. Остается только ходить на службы и молиться.

— А когда Ваши дети начали ходить на вечернее богослужение?

— Тоже с раннего детства. Помню, один знакомый батюшка мне тогда говорил: «Они же маленькие. Им в футбол играть надо, а ты их каждый день в храм водишь!». А мы любили вместе ходить в храм. Не представляла себе, как же я буду на службе радоваться, а их этой радости лишу. Мы не заставляли детей, и если они уставали, не хотели идти, то оставляли их дома. Но такое редко бывало. В то время в Покровском храме было много детей. На полиелей человек по 50 приводили.

Нашим детям очень нравился канон. Может, они смысл его в то время и не очень понимали, но их привлекала красота чтения, пения. Эту любовь они сохранили до сих пор. У нас в Дьяковке отец Димитрий всегда сам читает канон, может, эта его любовь и передалась детям. Мы в свое время начали читать все тропари в каноне, так и читаем. Потому что канон — это настолько красиво, настолько сильно, что жалко что-то сократить, что-то не услышать.

Дома мы тоже все вместе читали каноны ко Причащению, утренние, вечерние молитвы. Причем начинали всегда читать дети, а потом продолжали родители. Детям нравилось их участие в общем деле, в общей молитве.

Мы никогда их не заставляли что-то делать насильно. Если тебе трудно стоять на службе (ну мало ли, может, в школе переутомился), тогда сядь или тихо ходи, но не балуйся. Был момент, когда они на службе начинали читать книги. Когда стали чуть постарше, Сашу стали оставлять за свечным, он любил там порядок наводить. Еще у него очень хороший слух, голос, он на клиросе мне помогал. Гриша в основном был в алтаре. Но эту честь — участвовать в богослужении — надо было еще заслужить. А Лиза, когда чуть подросла, стала петь со мной на клиросе и поет до сих пор.

— Вы сами учили ее петь?

— Да она ведь с года на клиросе, сама как-то все запомнила. Мне, наверное, очень помогло воспитать у них любовь к богослужению то, что мы жили одни в маленьком деревенском доме. Просто не с кем было оставить детей, и в любую погоду мы шли в храм. Может, если бы с нами кто-то еще жил, у меня был соблазн оставить их дома.

— А получалось ли требовать от детей дома посильного участия в хозяйственных делах? Ведь они в школе уставали, да еще и на службу так часто ходили.

— Получалось. Господь управил так, что мы жили в стесненных условиях. Но мы не унывали, ведь когда тяжело, Господь рядом, чувствуешь Его поддержку.

Мы приходили домой — и опять же все вместе работать. Когда я плохо себя чувствовала, дети мне во всем помогали, сами печку научились топить, полы мыли, воду носили. У нас пространства было немного, потому все всегда были вместе. Уроки делали, пироги лепили. Мы даже когда в новый дом переехали, продолжали собираться в одной комнате, чтобы чай попить, о событиях дня рассказать. Так привыкли мы к этому общению.

— В вашем храме во имя святителя и чудотворца Николая с. Дьяковка сложилась уникальная ситуация: большинство ваших прихожан составляют дети школьного возраста. Почему так получилось?

— Нам это самим непонятно. Когда росли наши дети, у нас не было воскресной школы — не складывалось, дети не приходили. А потом после завершения реставрации храма пришло сразу человек 45–50 детей с 1 по 7 класс — это половина учащихся нашей сельской школы. Мы сами удивились. Разделили детей на две группы, создали воскресную школу. А еще мы попробовали взять детей на клирос, чтобы им легче было стоять на службе и лучше понимать, что происходит в храме. Даже те, кто не умел петь, просто подпевали или сидели на лавочке. Так они запоминали службу. Но во время чтения Евангелия и от Херувимской до конца службы они уже не садились.

Я никогда детей петь на службе не заставляю: не хочет ребенок сегодня петь, пусть просто на лавочке посидит. Потому что петь на службе очень сложно — душевное настроение певчих передается и служащему священнику, и молящимся в храме.

Сейчас постоянно ходит в храм человек 20 детей. Остальные приходят на большие праздники. При этом родители благодарят нас за то, что с детьми занимаемся, приходят на праздники в школу, помогают нам, но сами в храм приходят редко, как правило, на Пасху и на Рождество. Может, считают, что дети — это их посланники от семьи, которые за всех молятся. А может, причина еще и в том, что на селе очень много работы, люди ведь живут только за счет домашнего хозяйства. Но мне нравится, что дети всегда помогают родителям убирать двор, за огородом ухаживать, сажать цветы.

— А что еще увлекает детей в храме?

— Колокольный звон. Они с удовольствием звонят, потому что это тоже общее действие, совместное участие в богослужении. Им нравится всем вместе работать. У нас пока нет храмовой ограды, а они все ждут, чтобы можно было цветы посадить, деревья. Хотят, чтобы храм был в великолепии, потому что это самое красивое место в селе.

— Некоторое время назад Вы с воспитанниками своей воскресной школы были на экскурсии в Свято-Троицком соборе г. Покровска (Энгельса). И я отметила, какие у Вас воспитанные дети.

— Дети у нас действительно воспитанные. В школе много талантливых детей. Попадаются, как и везде, дети, которыми не занимаются, но в основном детей правильно воспитывают. Многие хорошо учатся, заканчивают школу с медалями и легко поступают в университет на бюджетное отделение.

В той поездке они хорошо себя вели, да и в храме стараются вести себя хорошо, хотя для них это и непросто — детям ведь нужно движение. Они готовы вместе работать, помогают бабушкам. А бабушки понимают, что детей после службы надо покормить, никогда их не ругают. Некоторые прихожане, приехавшие из города, пытались делать замечания детям, а бабушки всегда заступались: «Это же дети, им тяжело стоять на одном месте».

— А есть надежда, что эти дети вернутся в родное село?

— Если бы было, где работать, то вернулись бы все жители Дьяковки. Даже те, кому сейчас по 50. Потому что они все любят свое село, свою школу, дружат с односельчанами. Работать негде. А ведь в этом селе до революции были ювелирные, золотошвейные мастерские, заводы, большое ателье по пошиву одежды, крупный совхоз. Была своя пекарня — из Красного Кута за хлебом приезжали. Были люди заняты, жили на одном дыхании все вместе. Настолько было все хорошо и здорово, что плакать хочется, когда видишь, что осталось. И хочется надеяться, что что-то изменится.

— Как отмечаете Рождество в таком детском храме?

— Всегда устраиваем с детьми праздник. Сначала организовывали концерт, теперь спектакль. Они поняли, что если мы делаем общее дело, то, конечно, устаем, но потом так хорошо и радостно на душе, что это стоит усилий. К нам приезжают автобусы с детьми и из Красного Кута, и из Чкалова. На Пасху больше 100 человек детей было. Мы решаем вместе с детьми: «Приглашаем гостей? Приглашаем! Но будет тяжело? Ну и что, ведь это для людей делаем». Нам интересно быть вместе. Мне кажется, детям нельзя давать специальных назидательных уроков, нужно просто жить с ними одной жизнью, трудиться для них. И тогда они отвечают добром.

— Что Вы как педагог, как мама троих детей пожелаете делать родителям, чтобы ребенок не ушел из храма, чтобы ему там было интересно?

— Для детей очень важны пример окружающих и красота богослужения. Вообще, это очень индивидуально. Бывает, что ребенок категорически не хочет ходить в храм. Остается за него только молиться. Еще главное, чтобы люди делали одно дело. Дети видят: расходятся ли у взрослых слова с жизнью. И если не расходятся, то любые трудности преодолимы. Им слова не нужны, они по делам судят.

Беседовала Марина Шмелева


Оставить комментарий
Поделиться в: