По благословению Епископа Покровского и Новоузенского Пахомия

Православное заволжье

Официальный сайт Покровской епархии

Русская Православная Церковь Московского Патриархата

«Обопрись на Бога! Он не оставит!»

Мы все сейчас говорим об одном. Нам страшно, больно, многое не понятно. Оказалось вдруг, что человек слаб, беспомощен и ни на что не может повлиять. Он лишь песчинка.

И несёт ее куда-то ветер в вихре таких же маленьких песчинок, а куда – не ясно. И сделать ничего нельзя. Только лететь. И даже не знаем, шмякнемся мы или поднимемся ввысь. Или так и будем болтаться между небом и землей. Странное время…

***

– Что будет? Что будет? – спрашиваем мы друг друга.

И смотрим в глаза, и ждём какого-то ответа, который укажет путь.

А нам отвечают:

– Будет голод / не будет голод...

– Будет третья мировая / не будет…

– Мы правы / мы не правы…

– Дураки те, кто купил гречку. А помните – в пандемию?.. Или, наоборот, умные…

– Купи прокладки! Много! И туалетной бумаги!

– Купи тушенку и хозяйственное мыло…

И я покупаю это мыло, которое мне никогда не было нужно. Четыре куска. Зачем? Что с ним делать? Не знаю. Но сказали... И прокладки! Сейчас прокладки всех нас спасут!

Все это мусолится, в сотый раз обсуждается по кругу. Все всё знают – и никто ничего не знает...

Очень странное время... Я смотрю его как кино, и это спасает от отчаяния.

И всем нам хочется, чтобы это побыстрее закончилось и стало, как раньше. Но «как раньше» уже не будет.

Ну пусть станет хоть как-нибудь. Только – уверенно. Чтобы не болтаться как песчинка, а на что-то опереться. И понимать, что что-то ты можешь сделать, что-то можешь контролировать. Будет ли так когда-нибудь? Не знаю…

Недавно, в потоке этих бессмысленных разговоров, я вдруг услышала слова одного батюшки:

– Обопрись на Бога! Он не оставит!

На Бога?.. А как же гречка и хозяйственное мыло? Как же новости?.. Третий раунд переговоров, четвёртый раунд…

А как же психологи и психологические тренинги?.. Все эти «Как перестать читать интернет»; «Как дышать животом, когда тревожно»; «Как рассеять страх и ужас»; «Что сказать человеку, который боится войны».

– Все это нужно, все разные, но опереться сейчас можно только на Бога. Не ищи человеческой правды! Ищи правды Божией! И помни, что Ему возможно все! Он может зло обратить в добро. Он может всё остановить или ускорить. Утешить, обогреть и сотворить чудо! Только Он всё может! Верь Ему!

***

Эти слова сказал мне один священник, отец Антоний, который родом с Украины. Но учился он когда-то в Курской семинарии. Женился на москвичке, с которой познакомился, когда она паломницей приехала в Курско-Коренную пустынь, и остался служить в России. У него и старший брат – священник. Отец Алексий. Тоже учился у нас, но служить поехал домой.

И молятся сейчас они... Один – здесь, другой – там. Два родных брата, которых вот так в секунду раскидала, разорвала жизнь. И как никогда понимают: собрать их опять вместе может только Господь. А на кого им сейчас ещё надеяться? На кого опереться?

– Я – простой человек, – говорил мне отец Антоний. – Мне тоже страшно! Но, знаешь, самую большую духовную поддержку оказывает мне сейчас брат! Мой отец Алексий, который там. Не я – ему, а он – мне!

Отцу Алексию тоже страшно! У него четверо детей и беременная матушка. И неизвестно, что будет завтра.

– Но сказал же Господь: «Не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы», – делится с братом отец Алексий.

И сегодня они с прихожанами пекут там хлеб. У них пока есть мука. Скупились давно еще по дешевке для просфор. И раздают хлеб тем, у кого нет ни муки, ни хлеба, ни денег. И когда всё это будет – не ясно.

– Кому война, а кому мать родна, – говорит отец Алексий брату. – Видит торговец, что кроме него муки взять негде, и ломит цены. И даже те, у кого хоть какие-то сбережения есть, купить уже не могут… Печём, кормим… А завтра Господь управит...

Грохочет где-то рядом… Кто? Что? Откуда? Никто не знает. Выходит утром в селе человек из дома по нужде, а в небе что-то летит. Куда летит? Где упадёт? Бог весть… И на Него одна надежда...

Конечно, отцу Алексию страшно за жизнь – свою, матушки, детей, прихожан. Обычный же человек. Но больше сейчас боится батюшка, как бы выдержать, как бы не предать Христа!

– Как никогда понимаю я сейчас, что важнее жизни человеческой – спасение! Быть со Христом! Не дрогнуть!

А там сейчас можно дрогнуть. Многим людям кажется неважным: поминать патриарха – не поминать патриарха, автокефалия – не автокефалия… Какая разница… А там сейчас просто поминание патриарха – уже исповедничество. И нужно ли? Ведь столько епископов отказалось. Что делать? Как жить?

И ищут люди ответы, ищут правды. Правды Христовой! Где она? Кто бы подсказал. И главное – не разувериться в Боге.

Отсюда многое кажется проще. А там? А там закончилось духовное детство. И началась настоящая духовная жизнь. Когда я – и Бог! Сегодня, сейчас, в эту секунду! Держи нас, Господи, не отпускай!

***

У отца Алексея даже остались силы шутить. И рассказывает он отцу Антонию историю своей прихожанки. Не буду называть имени. Скоро поймёте, почему. Которая в эти страшные дни сподобилась чуда. Но она всегда верила в чудеса. Что ни день – то чудо.

И на этот раз случилось… Чудо… Даже не знаю, как и сказать помягче. Но расскажу, как есть. Из песни слов не выкинешь. Какое время, такие и чудеса.

В общем, давно уже у этой пожилой прихожанки проблемы с пищеварением. Попросту говоря – запоры. Это конечно, для кого-то звучит забавно, для кого-то – не гламурно. Но у человека беда. Много лет человек страдает.

Набралась однажды смелости, поборола стыд и подошла к отцу Алексию с вопросом:

– А можно ли, батюшка, Богу молиться, чтобы Он это как-то решил? Беспокоить Его этим? Ведь у Него и без моего, так сказать, «стула» забот достаточно.

Спрятал отец Алексий в усах улыбку, посочувствовал женщине и ответил:

– Отчего нельзя же? Господь во всем – первый помощник! А это же здоровье, как-никак…

Ну и молилась прихожанка. Записки подавала. И верила, что настанет день, и все у неё получится.

И день настал… Проснулась женщина ночью от грохота и разрыва снарядов. Не близко, но страшно. Испугалась как никогда. Вскочила с кровати и чувствует… Прошли запоры. Да так прошли, что лишь бы до туалета успеть добежать… И с того дня всё как по маслу.

Примчалась она через какое-то время в храм:

– Батюшка, чудо! Чудо! Господь пищеварение наладил! Я, конечно, когда молилась, не так всё хотела. Но – наладил! Слава Богу за все!

Отец Алексей смотрел на неё и не знал, плакать ему или смеяться. У человека от страха пищеварение нормализовалось, а туда же – чудо! Радуется и Господа благодарит.

– А потом подумал я, – делился он с братом, отцом Антонием. – Ведь это настоящая, живая вера. Во всем человек Бога ищет. Даже в такие страшные моменты. И в таком вот, так сказать, деле…Молитвами таких вот бабушек и спасёмся…

Да… Какая современная жизнь, такие и современные чудеса…

***

А вот история посерьёзней. Тоже отец Алексий рассказал.

Есть у него прихожанин один, мужчина молодой. Алтарничает, по храму разную работу делает. Сейчас сам на себя послушание взял: тот самый хлеб, который они пекут, в отдаленные места района отвозит на своей машине. А это волнительно. Блокпосты, какие-то люди с оружием, мародеры, опять же... Что-то рвётся вдали… Или близко уже?.. Но считает это своим служением. Помолился, благословение взял – и в путь.

Хороший, в общем, парень. С тёмным, правда, прошлым. К вере пришёл в тюрьме. Но это уже другая история. Да и давно было, по юности-глупости. Тюрьма, в смысле. Но уверовал, так уверовал. Каждой клеточкой.

А вот мать его – нет. И для него это целая трагедия. И ладно бы, просто неверующим человеком была. Так нет же. Настоящим богоборцем. Хотя и крещеная.

Всей душой своей ненавидела она и Церковь, и Бога, и «попов этих». А за что – непонятно.

Сначала сын что-то пытался объяснять матери о Христе, о Евангелии, в храм звал. Но каждый такой разговор заканчивался не просто скандалом, но откровенным кощунством с ее стороны. А когда он после Литургии и Причастия домой возвращался, начиналось настоящее беснование...

Со временем старался все эти вопросы стороной обходить. Чтобы хоть какой-то мир в душе и семье сохранить. Хотел, конечно, чтобы мать к Богу пришла, но и не верил в такое чудо. А отец Алексий всё повторял:

– Молись! Для Господа нет ничего невозможного!

И сын молился…

Потом она заболела, слегла. Стало ясно, что немного ей осталось.

– Мама, может, батюшку позовём? – спрашивал сын.

В ответ – ругань и проклятья. За болезнь свою, за слабость...

– Молись, – повторял батюшка.

А потом началось то, что началось…

И замолчала старая мать.

Лежала и думала о чем-то.

– Сынок, позови священника! – сказала она недавно.

Соборовал ее батюшка, долго исповедовал, причастил. С сыном она помирилась, прощения попросила. И той же ночью умерла.

– А я видел настоящее покаяние, – говорил отец Алексий. – Вымолил сын старую мать. Чудо случилось – в последний миг. Но и то, что происходит, подтолкнуло ее. Поняла она, что сейчас, в это страшное время, либо ты веришь Богу и молишься, либо просто сойдёшь с ума. Ничего не может сейчас человек – только молиться и верить. И тогда Господь управит. Обязательно управит. Молитва, вера и покаяние… Вот, что сейчас от нас нужно… Это наш единственный шанс на жизнь – и эту, и вечную… Единственное, на что можно сейчас опереться. Всей душой почувствовала это старая женщина. И принял ее Господь, не отвернулся. Это самое важное сейчас...

И эти слова повторял мне отец Антоний...

 
Поделиться в: